меня, - похоже, ждал вопросов, приглашал
  к разговору. Ну что же, побеседуем...
   - Где Тина Павловна? - спрашиваю, непроизвольно морщась от боли -
  видимо, моя челюсть требует серьезной починки, хотя сомнительно, судя по
  нынешним обстоятельствам, что мне представится когда-либо такая
  возможность...
   - Жива-здорова, - натянуто улыбнулся мой собеседник. - Что с ней
  станется? К Тине Павловне мы теперь особых претензий не имеем. Она просто
  заблуждалась.
   - А ко мне?
   - К вам? - взгляд худощавого суровеет. - Кое-какие есть...
   - Например?
   - Мы вам советовали не копать так глубоко в деле Лукашова. Вы не
  послушались. И это очень прискорбно.
   - Почему?
   - Как вам сказать... Вы здорово подвели некоторых товарищей. К примеру,
  некий Лузанчик, с которым вы беседовали о наших проблемах, от расстройства
  принял несколько большую, чем требовалось, дозу морфия и...
   Надеюсь, понятно... А ему бы еще жить и жить...
   Значит, они кончили и Лузанчика...
   - Кого я еще... подвел?
   - Узнаете в свое время.
   - Это когда архангелы загудят в свои трубы?
   - Думаете?... - Худощавый снисходительно ухмыльнулся. - Ну что вы...
  Зачем нам это? У вас своя парафия, у нас своя. Мы антиподы, но, увы,
  существовать друг без друга просто не можем. Не вы, так другой, третий...
  Зачем нам ссориться? Каждый занимается своим делом, всего лишь...
   А ведь он позер... Странно, почему я вовсе