три часа, как обещал. Еще раз
  попросил устроить свидание с сестрой. "Посули ей хоть тройную дозу, но
  стрелку забей". Только с помощью Вероники появлялся шанс раскрутить убийство
  Салтыкова. Веронику ищут. Ищут не для того, чтобы цветочки подарить за
  блестяще выполненный половой акт с последующим убаюкиванием клиента. Ищут,
  чтобы следом за клиентом отправить. И как только найдут - тут же будут
  отправлять. Что оперуполномоченному Плахову, по большому счету, и надо.
  Прыгнет он в нужный момент с потолка, скомандует: "Хенде хох!", и поймает
  обормотов с поличным. Возможно даже, при удачном стечении обстоятельств и
  "пушка" у обормотов окажется, с которой на Салтыкова ходили.
   А приди сейчас Плахов в офис к господину Вентилятору, воскипи там
  праведным гневом и скажи, глядя в бельма преступные, удивленные: "Чего ж ты,
  сволочь охранная, творишь?!", то и услышит в ответ: "Какого рожна приперся?!
  Врач-психиатр принимает в соседнем доме".
   И будет Анохин две тысячи раз прав, ибо слова какой-то обдолбанной Верки
  по своей достоверности приравниваются к рекламе пилюль от облысения.
   Следить же за Вентилятором, телефончики его слушать, своих людей в
  доверие втирать хочется, но не можется. Так называемых оперативных расходов,
  выдаваемых по большому блату, хватит лишь на бак бензина в казенных
  "Жигулях". А за бак бензина при всем уважении и любви к органам никто не
  станет втираться в доверие к Вентилятору.