е, чем мы! Какого ляда, спрашивается, нам тратить
  свои... Тьфу, слов нет. Сиди на солнышке, любуйся природой, дергай удочки!
   - Скучно, - коротко ответил Плахов. - Через неделю взвоем.
   - Здесь тоже вот-вот взвоем. Полиция Лос-Анджелеса. Триппер вылечить не
  на что... Пошли за мужиками. Время скоро.
   Автобус зашипел, скрипнул дверями...
   - Конечная, - объявил пенсионер-кондуктор. - Поедете назад, платите еще
  раз.
   Вероника вышла. Она оказалась единственной пассажиркой, доехавшей до
  кольца. Автобус развернулся и умчался в сторону города, оставляя за собой
  шлейф поднятой пыли. Согласно "Тиссоту" было без пяти три.
   Несмотря на жару, ее ужасно знобило. Перед уходом она выгребла подружкину
  аптечку и уничтожила весь запас аспирина. Ничего другого не оказалось.
  Аспирин не снял мышечную боль, от него лишь начал ныть живот. Чуть не забыв
  оставленный Плаховым микрофон, она потащилась на встречу.
   Сейчас Вероника находилась в полуобморочном состоянии, и ей было
  абсолютно безразлично, что случится через пять минут. Вернее, нет, не
  безразлично. Она очень хотела, чтобы приехал Сережа, дал ей дозу, денег,
  отвез домой... Ей снова будет хорошо и спокойно. Правда, в это не очень
  верилось, но этого очень хотелось. А менты? А Настя? Ментам Вероника не
  верила. У этого Плахова пиджак минимум пятилетней давности, он перед Сережей
  просто никто, шкет дворовый. Так он и хочет помочь Веронике, ага. Услышал
  про Салтыкова