е скажет,
  что улик мало, гуляй, друг. Он же независим. По закону. А что вне закона,
  так это никого не волнует. Что хотите, то и думайте. "Вы считаете, что я "на
  лапу" взял, а я считаю, что человек может находиться на подписке, а не в
  тюрьме. Я ему верю! Он хороший! Пусть идет с Богом. Сейчас мое ПРАВО!
  Законное".
   ...Законное не законное, а брали не только деньгами. Мясом, коньяком, а
  один - даже йогуртами.
   Да ладно б только взятки. Плахов знавал следователя, который решал судьбу
  подозреваемого, исходя из собственного настроения. Если у следака было
  прекрасное, бодрое настроение, он злоумышленника жалел и отпускал, если,
  наоборот, скверное, последнему ничего хорошего не светило. Настроение же
  служителю закона повышала обычная чашка кофе - стоило ему отпить бодрящего
  напитка, как у добряка появлялось желание прощать всех налево-направо без
  Разбора.
   Плахов знал эту черту характера и, когда следователя вызывали в отдел,
  прятал все, что хоть Приблизительно напоминало кофе. Тот, походив, Постреляв
  по кабинетам кофейку и ничего не получив, становился мрачным, как грозовая
  туча. сверкал глазами и отправлял попавшегося гражданина на нары, что и было
  нужно Плахову. В случае же, когда опер считал, что человека не стоит
  арестовывать и ломать ему жизнь, в кабинете следователя ждала дымящаяся
  чашка, сахарок и булочка.
   Да, если б публика хоть примерно знала, на каких тонких ниточках порой
  висят человеческие