ед глазами
  вздрогнуло, рассыпалось на миллион искрящихся осколков, звук пропал,
  сменившись сверлящим гулом. Секунду-другую жуткая боль разрывала голову, но
  после все пропало, и Паша почувствовал себя значительно лучше. В том смысле,
  что вообще перестал чувствовать что-либо.
  
  ***
  
   " - Первый раз я столкнулся с органами пять лет назад. Тот день помню как
  сейчас. Прогуливаясь по набережной Блуды, я обдумывал строфу, ведь в ту пору
  увлекался поэзией, писал стихи, даже публиковался. Вдруг ко мне подлетели
  люди в масках, сбили с ног, порвали вечерний розовый костюм и заковали в
  наручники. Ничего не объясняя, отвезли в Северный райотдел внутренних дел,
  где в присутствии подготовленных заранее понятых изъяли из моего кармана
  пистолет кустарного производства. От возмущения я не сумел сказать ни слова,
  но мне, собственно, и не позволили говорить, затолкав в камеру. Вероятно,
  пистолет подсунули мне в машине. Находясь в шоке, я не давал себе отчета в
  своих действиях, подписывая все подряд. Хотя папа всегда наставлял меня
  ничего не подписывать.
   - В связи с чем вам могли подложить оружие?
   - Я подозреваю, что своими стихами мог за тронуть весьма влиятельных лиц,
  которые и дали органам команду взять меня. Ведь ничем другим кроме поэзии, я
  тогда не занимался. Кстати, по еле задержания мне не вернули две золотых
  цепи, "мобилу" и лопатник с деньгами, где-то тонны три там было,
  американскими...
   - И чем же закончилась