бства устранило приворотное зелье.
  Виригин читал какие-то жлобские стихи, девчонки смеялись. Игорь рассказывал
  страшилки. Ментами не представлялись. Плахов работал железным дорожником,
  Илья - фальшивым монетчиком.
   После - традиционные танцы, традиционные поцелуи-обнимашки,
  традиционный... В общем, "либе-либе". Сейшн. На душе не просветлело. Правда,
  и совесть не мучила, когда утром Игорь пытался вспомнить, как зовут
  партнершу. Спросил шепотом у Ильи, но тот только загоготал ответ: "Ах,
  столько, столько сердец разбилось, ах, столько, и сколько их будет, сколько
  - она не знает сама..."
   Перед тем как появиться в отделе, Плахов завернул к своей общаге, принял
  душ. дернул сто грамм из дежурной бутылки и более-менее пришел в себя.
   В отделе нарвался на начальника райуправления Вдовина, заехавшего по
  каким-то делам.
   - Помятый ты какой-то, Плахов.
   - Никак нет, товарищ полковник! Ништяк-с.
   Ильюха на службе не появился. Игорь для конспирации спросил у сидящих в
  "красном уголке" оперов из его бригады, где их старший. "Встреча с
  "барабаном" у него, после обеда будет".
   Отсидев сходку, Игорь собрался с силами, напился воды и пошел на
  авторынок поболтать с Витькой, знакомым торгашом. Загулы - вещь нужная, даже
  необходимая, но мокруху раскрывать надо. Не потому, что начальство рано или
  поздно спросит, а просто потому что надо.
   Витька уже ждал на рынке, накануне Плахов по телефону договорился