ров милиции, умеющих в совершенстве пользоваться
  калькуляторами, а то и компьютерами, на которых подсчитывались основные
  милицейские показатели.
   Помимо штаба, в управе размещались организационно-аналитический,
  контрольно-ревизионный, воспитательно-методический и другие не менее важные
  отделы, где несли вахту еще около пятисот опытных офицеров милиции.
   Управление уголовного розыска, к коему относился и Илья Виригин, занимало
  пять кабинетов на последнем этаже и имело в штате целых пятнадцать человек,
  включая начальство.
   Руководство Главка вполне резонно полагало, что благодаря созданной
  мощной штабной, контролирующей и направляющей поддержке город должен
  занимать лидирующее положение в России по части борьбы с преступностью. Но
  увы. Новоблудск по всем показателям находился на предпоследнем месте,
  опережая только Чечню. У милицейских начальников это вызывало вполне
  объяснимый гнев и претензии к подчиненным. "Мы для вас все условия создаем,
  а вы подводите. Нехорошо это, не по-товарищески и не по совести. Будем всех
  иметь"
   Северным райотделом руководил Вдовин, а Южным - временно никто. Прежний
  начальник южан плохо кончил и сейчас находился в бегах. Влетел он не по
  традиционной коррупции, а по весьма редкой статье нового кодекса - из-за
  хакерства. Дело в том, что основным показателем милицейской работы на
  протяжении последних пятидесяти лет является раскрываемость преступлений.
  Вся