, и обратиться
  больше не к кому. Хорошо вот тебя встретила. Ты ведь в уголовке?
   - В "ксиве" написано именно это.
   - И еще, Игорь, я тебе сейчас попробую все объяснить, ты только не считай
  меня идиоткой, ладно?
   Плахов пожал плечами.
   - Ну, если тебя не преследует маньяк, КГБ. ассирийская мафия и прочие
  страшилки... Ты давай рассказывай о проблеме, потом вместе решим, идиотка ты
  или нет.
   - А ты никому?..
   - О Господи...
   Настя затянулась, стряхнула пепел.
   - У меня есть родная сестра. Вероника, помнишь, я рассказывала?
   Игорь не помнил, но кивнул.
   - Помню, редкое имя.
   - Мама любила поэтические имена - Анастасия, Вероника.
   - Любила?
   - Да, она умерла. Давно.
   - А батя?
   - Батя - бухарик конченый. Жалко его, конечно, отец все-таки. Инженером
  когда-то был хорошим.
   - С ним живешь? - По оперской привычке Игорь на ходу задавал уточняющие
  вопросы.
   - Да, у нас квартира в Кирпичиках. "Кирпичиками" назывался относительно
  новый район города, где первые дома строились из красного кирпича.
   - Вероника постарше меня, ей сейчас двадцать пять. Очень красивая
  девчонка. Она раньше медсестрой работала в городской больнице, потом ушла...
  Сам понимаешь, за двести тонн туберкулезникам утки разносить - удовольствие
  ниже среднего. Потом как-то все не устроиться было, с мужиком своим она
  разошлась, он шизик какой-то, короче...
   - Вляпалась?
   - Пока нет, но все к тому идет. Она на иглу залезла, понимаешь?