дверь и встал у кухонного окна. Пока взгляд ощупывал каждый миллиметр
  дворовой площадки, каждую машину, каждое окно в доме напротив, мозг
  анализировал разговор. Аноним воспользовался таксофоном или сотовым
  телефоном, изменил голос и назвал прозвище, которое на всей земле было
  известно лишь двоим. Но звонивший не был связан с Л.
  
  Неужели Л. его предал? Заставил исполнить Работу и предал?
  
  Нет. Люди такого уровня, как Л., никогда не предают исполнителей уровня
  Актера. Они их продают. Хладнокровно, взвешенно продают, когда возникает
  необходимость. Продают, несмотря на прошлые заслуги и обещания.
  
  Той половинке Актера, которая не была лишена лирики, стало грустно. Зато
  вторая заставила взять себя в руки.
  
  Перед дверью лежала видеокассета в черной картонной коробке.
  
  Если бы его хотели убить, то не стали бы устраивать чехарду с телефонными
  звонками и адскими машинами, просто шлепнули бы из снайперки на выходе из
  подъезда или, в лучших российских традициях, загасили бы в самом подъезде
  из "тэтэшек".
  
  Актер открыл дверь и взял кассету.
  
  Ничего не случилось.
  
  Устроившись на диване с "лентяйкой"