бандосы отоварили. Он в реанимации валялся.
  
  - Ха, и правда валялся, было дело. Что, выходы появились?
  
  - Вроде того.
  
  - Что, "на себя" кто-то берет?
  
  - Пока не спрашивал.
  
  - Бесполезно все это. Хачик даже показаний нормальных дать не смог. Сначала
  мямлил, что не помнит ничего, а как только оклемался, драпанул в свой
  Чуркестан. Вряд ли сюда появится.
  
  - А свидетели?
  
  - Смеешься, старик? Когда в "Трюме" водились свидетели? Там одни "терпилы"
  и обвиняемые тусуются. Так что "глухарек" у нас вечный, сто одиннадцатая
  первая[11]. Черному башню хорошо проломили. Вряд ли твой гнус колонется. Я
  гак понял, ребята там серьезные развлекались. Или ты хочешь информацию нам
  слить?
  
  - А есть смысл?
  
  - Честно? Нету. Ни малейшего смысла. Но если еще чего появится - ты,
  старик, звони.
  
  Положив трубку, Волгин придвинул к себе несколько листов, подшитых в
  обложку из более плотной бумаги, - тот самый материал, по которому в мае
  девяносто пятого года Инна проходила свидетелем. Чтобы отыскать его в
  архиве, потребовалось время; судя по толщине подшивки, результат не мог
  оправдать затраты.
  
  Вымогательство,