т?
  
  - Я в солярии. Видишь ли, Сережа, я никого никуда не посылала... А вот тебя
  сейчас очень хочется послать. За наезд.
  
  - Четыре придурка на черном "лэндкрузере". Что, не твои?
  
  - Чужие. Что-то случилось?
  
  - Мелочи. Проезжали мимо и облили меня грязью.
  
  - Бедненький! Я не при чем, но чувствую себя виноватой. Приезжай...
  
  - Куда, в солярий?
  
  Волгин понемногу успокаивался. Лариса, действительно, не при делах. Разве
  что кто-то из ее окружения решил проявить инициативу. Да нет, вряд ли, не
  стала бы она трепаться...
  
  - Ты меня слушаешь?
  
  - Я перезвоню, - Волгин отключил "трубку". Родионов посмотрел
  вопросительно:
  
  - Узнал, откуда ноги растут?
  
  - Нет, мимо.
  
  - А может, в лоб? Прихватить этого Локтионова и потолковать с ним как
  следует?
  
  - Не шарапствуй.
  
  - А ты не жегловствуй. Скажи что-нибудь лее дельное.
  
  Вместо ответа Волгин достал фляжку.
  
  Вечером, когда набравшийся Родионов уже храпел на диване в гостиной, а
  Волгин рассматривал в зеркало шрамы и ссадины - нос как у инопланетянина,
  левого глаза не видно, губы хоть на карандаш наворачивай, - позвонили из
  больницы.
  
  - Сергей