ах. В левой - с шипами, в правой -
  продолговатое с набалдашником.
  
  - Получай, сука! - взревел Брут, подбадривая себя, и бросился вниз по
  лестнице.
  
  Татьяна закричала.
  
  Пустая бутылка пришлась кстати. То ли сама прыгнула в руку, то ли Волгин ее
  подхватил с пола - и успел встретить противника на повороте лестничного
  марша, вложив энергию движения и вес тела, ударил донышком в висок.
  
  Стекло разлетелось. Брут был почти оглушен, но не остановился, и опер,
  разворачиваясь слева направо, чиркнул "розочкой" по лицу. За долю секунды
  успел разглядеть, как повисла на лоскуте кожи верхняя губа, обнажив четыре
  сохранившихся зуба, впаял ногой в пах и, на отходе, саданул верхней частью
  бутылочного горлышка сверху вниз по черепушке, в самую уязвимую его точку.
  
  Брут рухнул, перегородив дорогу Парамоше и деморализовав его своим
  разорванным хлебалом.
  
  - Стоять! - рявкнул Сергей, обозначая движение вперед. - Пристрелю, бля!
  Коля, сюда! Ты где застрял? Сюда, быстрей!
  
  Парамоша, прекрасно знавший, что никакого "Коли" нет и в помине, рванул
  вверх по лестнице. Ни напарник, ни задание его больше не интересовали.