х у телефонов. Вторая половина передачи
  посвящалась беседам с видными политическими и общественными деятелями.
   Нет, дело было не в форме передачи. Педаченко больше всего дорожил ее
  структурой и не любил отклоняться от заранее подготовленного и опробованного
  текста. Не приходилось сомневаться и в ее содержании, потому что
  вступительное заявление было уже введено в компьютер и появится сразу после
  начала на "бегущей строке" перед столом, за которым сидел Педаченко. Да и
  гость сегодняшней программы, генерал Павел Ильич Бродин из российских ВВС
  уже приехал в студию точно вовремя и готовился сейчас к появлению перед
  камерами в "зеленой комнате", как называли ее режиссеры.
   Проблема заключалась скорее в стиле, в тоне передачи - вот что занимало
  сейчас Педаченко. Стоит ему начать свой комментарий в резком критическом
  тоне, к которому он прибегал обычно или выбрать более мягкую, рассудительную
  форму?
   Его советники из средств массовой информации предлагали второе, говорили
  о том, что ему следует избегать всего, что может быть истолковано как
  пессимизм в такое время, когда телезрители испытывали подъем духа в связи с
  успехом, достигнутым Стариновым в Америке, и стремились забыть о своих
  лишениях. Им отчаянно хотелось услышать слова ободрения от государственных
  деятелей. С другой стороны, разве может быть более благоприятный момент, чем
  канун нового тысячелетия, чтобы воздействовать на эмоции гигантской
  аудитории?