дать вопрос лишь потому, что для него он был уже
  давно решен. Такие люди в конце концов становились диктаторами.
   Аплодисменты затянулись. Наконец Дук опустил руку, наклонился к
  микрофонам и заговорил. Его губы шевелились, но никто не слышал ни звука.
   Дук выпрямился и с улыбкой, которая сделала бы честь и Чеширскому Коту,
  постучал по микрофону.
   - Происки сторонников объединения, - начал он, повернувшись к политикам,
  которые заняли первый ряд на трибуне.
   Поддерживавшие его политики ответили аплодисментами, а немногие
  услышавшие президента зрители приветствовали его слова возгласами.
   Доналд позволил себе чуть заметно нахмуриться. Дук всерьез раздражал его
  как своими вкрадчивыми манерами, так и растущим числом сторонников.
   Краешком глаза Доналд увидел, как откуда-то выскользнула фигура в красном
  блейзере и бросилась к фургону со звукоусилительной аппаратурой.
   Никто не сомневался, что инженеры моментально устранят неисправность.
  Доналд хорошо помнил, как быстро и даже непринужденно корейцы исправляли
  любые неполадки во время Олимпийских игр 1988 года.
   Доналд повернулся к барьеру, увидел бегущую к нему Сунджи и заулыбался.
  Он поднял руку и воздал хвалу Богу за то, что в этот день не все было совсем
  плохо.
   Ким Хван сидел в неприметном автомобиле, стоявшем на улице Санджинго, к
  югу от дворца, в двухстах ярдах от возведенной специально к торжествам
  трибуны. Отсюда он мог наблюдать за всей площадью и