й день... Вот ведь как интересно выходит: Костю я не хотел делать инвалидом. Но сделал... Сашу Т. я не хотел убивать. Но убил. Невольно, но убил.
   И смерти Слепого Киллера я тоже не хотел. Я хотел только его ареста. Сейчас мертвый Слепой Киллер лежит на асфальте в красной липкой луже.
   - Сильный ход, Валентин Петрович, - сказал я полковнику Вале. И... встретился глазами с Купцом... Ну не хотел я! Не хотел! Ну что мне теперь - самому застрелиться?
   Но Ленчик мне ничего не сказал. Посмотрел хмуро - и ничего не сказал. Стрельнул у перепуганного водителя "мерса" сигарету и закурил, облокотившись о капот... А ко мне подошел Брюнет.
   - Я, - говорит, - ни хера не понял. Что это был за камикадзе? Что это вообще за шоу?
   Я пожал плечами. Я ничего не стал объяснять... А что тут объяснишь? Я-то имел в виду совсем другое шоу, с названием "Наркоман-хулиган с УРГ {учебная ручная граната. По форме и весу ничем не отличается от боевой. При использовании имитирует взрыв звуковым и дымовым эффектом}". Свежая тема, не захватанная. Не какой-нибудь вам "Танец с саблями". Но полковник Ершов мой сценарий переписал, и получилось нечто такое, чему и названия не придумать... Я ничего не стал объяснять. Сказал только:
   - Надо вызывать милицию. И обговорить в деталях, какие будем давать показания.
   Брюнет кивнул.
   - А Валентину Петровичу, - добавил Ленька, - нужно бы немножко протрезветь... Большая часть вопросов будет именно к нему.
   Но Валентин Петрович оказался человеком классической ментовской закалки - он уже и сам трезвел на глазах. Удали никакой в нем больше не наблюдалось, а пистолет как будто жег руку... как это он попасть-то в Клюева умудрился? Наверное, потому что пьян. Попроси-ка его трезвого такой выстрел повторить... Девять из десяти, что ничего не получится. Аи да товарищ Ершов... стрелок,