ньше.
   Знаете что, Петр Николаич? - сказал Купцов. - Вы обсудите денежные вопросы с Голубковым...
   - Помилуйте, - ответил Петр Николаевич. - При чем здесь Голубков? Я хотел вас... лично... с коллегой... стимульнуть.
   Повесив трубку, Купцов пробормотал:
   - Прав Брюнет - говно страшное этот Петр Николаевич... стимульнуть он меня хочет.
  
  ***
  
   Спустя еще полчаса позвонила Анна Николаевна.
   - Леонид Николаич, - сказала она. - Леонид Николаич, помогите мне. Я очень вас прошу.
   - Анна Николаевна, - начал было Купцов, но художница его перебила:
   - Нет, нет, не говорите ничего. Прошу вас... Прошу вас: выслушайте меня. Мне очень нужно, чтобы вы его нашли. Понимаете? Мне очень это нужно, и я... и я... я готова заплатить... Только не говорите ничего брату.
   - Анна Николаевна!
   - Нет, нет, прошу вас, выслушайте меня. Я знаю, что показалась вам несколько странной. (Да уж, подумал Купцов. Вы, голубушка, действительно несколько СТРАННЫ.) Но я и сама понимаю, что, может быть, не все в этой истории так уж чисто... и поведение Андрея небезупречно, но... но он мне очень нужен. Найдите его, Леонид Николаич. Я прошу вас, найдите его. Я в вас верю. У вас глаза хорошие: умные и честные. А Виктор Альбертыч сказал, что вы с Дмитрием Борисычем - самые лучшие, что вы профессионалы, каких больше в Санкт-Петербурге нет. Вы мне поможете?
   - Мы, - сказал Петрухин, - посмотрим, что можно предпринять.
  
  ***
  
   Поздним вечером партнеры сидели в кухне у Купцова, пили пиво и обсуждали положение.
   - Ну и что ты об этом думаешь, инспектор? - спросил Купцов.
   - Думаю, что такую дуру надо еще поискать.
   - Да-а, дама, бесспорно оригинальная... В богемной среде таких чистых людей действительно не найти.
   - Но Андрей-то нашел.
   - А как, Дима, он ее нашел?
   - А ему