казал Купцов.
   - Ну что же, - сказала Галина Петровна, - постараюсь вам помочь. Сейчас полистаем журналы за семьдесят седьмой. Они хранятся здесь.
   ...Среди дивовских выпускников семьдесят седьмого года было сорок шесть юношей. Среди них пятеро Андреев.
   - Двое из них - мои ученики, - сказала Галина Петровна. - В семьдесят седьмом я была завучем в "тройке"... Господи, как давно все это было!
   - Да, да, - поддакнул Купцов. - Бежит время... Школьные журналы, Галина Петровна, это, конечно, здорово, но нам гораздо интереснее фотографии ваших мальчишек. Как бы нам на них посмотреть?
   - Что касается моих мальчишек - это легко. А вот фотографии тех, кто учился в других школах... Впрочем, мы и этот вопрос сумеем решить, - ответила Галина Петровна. - Я позвоню своим коллегам, которые работали в двух других школах, и нам обязательно помогут.
   Она позвонила, и коллеги действительно помогли. Уже через сорок минут Купцов и Петрухин покинули Дивово, увозя с собой ксерокопии фотографий, на которых были все пять Андреев, закончивших школу в семьдесят седьмом. Четыре снимка были индивидуальные, один - групповой. С одной фотографии смотрел улыбчивый лопоухий очкарик... явно не наш герой. На другом снимке был запечатлен серьезный юноша с характерной монголоидной внешностью. Его Купцов тоже отложил в сторону. Остались всего трое.
   - Один из этих трех орлов, скорее всего, и есть наш Андрюша, - сказал Купцов, разглядывая не очень качественные ксерокопии. - Вот только сумеет ли Нюшка опознать его?
   - Лень, - позвал Петрухин. - А Лень... - Что?
   - А почему ты, Леня, назвал себя, понимаешь, специальным корреспондентом, а меня - шоферюгой?
   - А потому, гражданин Петрухин, что у меня лицо интеллигентное и я очень даже на журналиста похож... А ты...
   - А я? - озабоченно спросил Петрухин,