ера застрелил, но
  пока чухался с пистолетом, тварь ему здорово левую руку изувечила.
  Участковый, кстати, был в форме. А у меня не то, что формы или пистолета - у
  меня даже удостоверения нет. Теперь, правда, такие времена, что могут не
  открыть даже человеку в форме и с удостоверением. По телевизору каждый день
  учат: никому не отпирайте дверь, со всех сторон бандиты. И все поголовно
  оснащены поддельными удостоверениями сотрудников МВД... вот так! А то -
  ротвейлер...
   Слава Богу, что наш человек все-таки доверчив и дверь открывает. А уж
  дальше все от тебя зависит, от твоего умения расположить к себе и - если
  угодно - от личного обаяния... Я врал, я отчаянно врал, но делал это ради
  поиска истины и не испытывал никакого стыда. Для начала, впрочем, я говорил
  правду: я ищу человека. А вот дальше... дальше по обстоятельствам. Ежели
  дверь открывала дама, а из квартиры доносился звук телевизора ("Любишь ли ты
  меня, Луиза Фернанда?" - "Ах, нет! Я не люблю тебя больше, дон Жопалес, хоть
  ты и разбил мое сердце"), то я смело врубал баечку про свою сестру, которую
  бросил муж-подонок с двумя малютками на руках. По слухам, этот негодяй
  снимает жилье в этих домах. Как правило, мою ложь встречали с пониманием...
  В квартирах, где правил зеленый змий, я объяснял, что ищу кореша... баба -
  стервь такая! - его запилила, стакан мужику принять не дает... вот и
  приходится ему угол снимать.