- совершенно резонно
  ответил Смирнов.
   - А вы ее знаете?
   - Э-э... забыл я.
   - Ну как же так, Анатолий Степаныч? Вы в паспорт-то к нему хоть
  заглядывали? - спросил Купцов.
   - Заглядывать-то заглядывал. Показывал он мне паспорт. Да вот забыл я...
  Память уже худая.
   - А другие данные? Отчество? Дата рождения? Прописка?
   - Да ведь не знал я, что понадобится это, мужики... А то бы записал. Вот
  ведь как вышло.
   - Ладно. А много вещей было у вашего постояльца?
   - Какое! Одна сумка. Большая, правда. Яркая, в два цвета: синий с
  зеленым. С ремнем, чтобы на плече носить.
   - Тяжелая?
   - Не знаю, не скажу... По виду не очень.
   - А как Саша был одет?
   - А как все: куртка черная, кожаная, шапочка вязаная колпаком.
   - Скажите, пожалуйста, Анатолий Степаныч, в гардеробе жильца было длинное
  черное пальто?
   - Не было.
   - Не было? - удивленно переспросил Купцов.
   - Не было... Он его потом уже купил. Вот как раз в тот день, как съехал,
  то - да, был в пальто. Выходил утром из дома - ко мне заглянул: как,
  говорит, Анатолий Степаныч, моя обновка? Не морщит? Не топорщится?
  Нормально, дескать, сидит? А чего ж? - говорю. Нормально... Он и ушел.
   - Понятно, - сказал Петрухин, - пальтецо у Саши не топорщилось... А
  вообще... когда он у вас появился - не объяснил причину, почему жилье
  снимает? Приезжий? С женой разошелся?
   - Приезжий. С Вологды... Сказал, что