- Ясно. А зачем он вам звонил в апреле?
   - Звонил-то? Да вот обещал отдать все в конце апреля. Извини, говорит,
  Вова, что задержался с отдачей. Дела, говорит, сперва не шли. А теперь, мол,
  поперло. Я тебе до конца апреля все верну. Я-то обрадовался. Ритке сказал:
  вот, Сашка-то позвонил. Скоро и бабки вернутся... с процентами. Держи карман
  шире.
   - Понятно. А он как собирался отдать деньги: переводом или лично?
   - Я тогда не спросил. Обрадовался, как дурак, и не спросил.
   - Понятно. Со всяким может случиться. Владимир, вы запишите, пожалуйста,
  мой телефон, - сказал Петрухин. Костиков крикнул сыну: "Сережка, ручку
  неси!" - Вы запишите мой телефон и, если наш общий должник появится или
  позвонит, - сразу же сообщите мне. В любое время суток. Днем, ночью - не
  важно. Договорились?
   - Договорились, - ответил Костиков.
   Петрухин продиктовал номер трубы, сказал еще несколько фраз, закрепляющих
  основную мысль: немедленно сообщить о появлении Матвеева, и попрощался.
  
  ***
  
   В тот же день Петрухин сделал еще четыре звонка. Все - в Буйнакск. Первый
  раз он позвонил по тому телефону, который ответственному квартиросъемщику
  Смирнову сообщили в ПТС.
   После разговора с Вологдой партнеры предположили, что этот номер
  принадлежит матери Матвеева, и не ошиблись. Однако сообщить что-либо
  конкретное о сыне Елизавета Мартыновна Матвеева не смогла. Для матери
  Петрухин представился