в добром расположении
  духа. Брюнет напоследок сказал ему:
   - Ладно, Леха, извини. Накладочка вышла.
   - Бывает, - согласился Горбач.
   Он отдавал себе отчет, что на самом-то деле очень легко отделался. Если
  бы он выпил в тот апрельский вечер побольше и не смог вспомнить, что дал
  телефон Строгову... Разумеется, его не стали бы потчевать паяльником в
  задний проход, но из числа деловых партнеров Брюнета он бы однозначно
  вылетел.
   - Бывает, - согласился Горбач.
   - Ну вот и разобрались, - сказал Купцов. - А ведь вы, Алексей Григорич,
  поначалу уверяли, что никому не давали свой телефон.
   Горбач покивал головой.
   - Вы, пожалуйста, о нашем разговоре никому не рассказывайте, - сказал
  Петрухин. Горбач снова кивнул. - Но потом к нему все равно придется
  вернуться.
   - Я все рассказал.
   - Мы нисколько не сомневаемся. Но потом, позже, могут сложиться такие
  обстоятельства, что вам придется рассказать, как было дело, на очной ставке
  со Строговым.
   - Это обязательно? Брюнет твердо сказал:
   - Да, Леша. Это - обязательно.
  
  ***
  
   Когда дверь кабинета закрылась за Горбачем, некоторое время все
  молчали... Было ощущение потери. Или не было никакого ощущения потери.
  Брюнет взял в руки папку и посмотрел сквозь пластик в лицо Трубникова.
  Положил папку обратно.
   - Ну что я могу вам сказать, мужики?.. Спасибо. Заклевали бы меня без
  вас, - сказал Брюнет.