мертельное - это ЧП, мгновенно стало известно на всех уровнях.
  В РУВД один за другим прибывали начальники. И свои, районные, и городские.
  Первым приехал Паша - начальник Петрухина, майор Лишенок Павел Григорьевич.
  Потом посыпались полковники с Литейного и прокурорские. По отношению к
  Петрухину все держались корректно, но строго... Только Паша незаметно пожал
  руку выше локтя и сказал: "Держись, Димка, держись. Прорвемся".
   Ему было все равно, что думают и говорят о нем сейчас полковники и
  прокурорский следак. Он - неверующий - беззвучно молил Бога, чтобы помог
  Костику. Он вспоминал, как Костя зачем-то потер лоб над глазом... потом в
  это место попала пуля. Он помнил чей-то крик, и свой собственный мат, и
  голос: ""Скорую"! "Скорую" вызывайте". Он помнил странный манекен в ярко
  освещенной витрине "Солдата удачи" через дорогу за пеленой хлопьев летящего
  снега... Вот так, солдат удачи. "Ну что, Костя, времени минут сорок есть...
  пошоркаем?" - "Давай..." Пошоркали.
   Он наконец отписался, отоврался и поехал в больницу.
   Он сидел в коридоре, пока не вышел врач в салатного цвета курточке и
  штанах, с сигаретой. Он посмотрел на Петрухина и сел рядом на кожаный
  диванчик с выпирающими пружинами. "Что?" - спросил Петрухин глазами. Он
  боялся услышать ответ.
   - Жизнь вне опасности, - сказал хирург. - Об остальном сейчас говорить
  преждевременно.
   - А... когда?
   - Вы поезжайте