ь рядом. В своем алом халате она
  выглядела гораздо более окровавленной, чем Саша.
   Шел дождь, горели яркими брызгами несколько крошек битого стекла,
  застрявшие в футболке Матвеева. Плакала и быстро, сбивчиво говорила что-то
  женщина...
   - Не умирай, - говорила женщина. - Саша, не умирай. Сашенька, потерпи.
  Потерпи, родной. Скоро будет "скорая". Не умирай, Саша. Я с тобой. Я ЛЮБЛЮ
  ТЕБЯ, САША.
   Петрухин вытер с руки липкую черную кровь.
   "Скорая" приехала через одиннадцать минут. Саша Т. был уже мертв.
  
  Глава двенадцатая
  Строгов
  
   - На, - сказал Брюнет и сунул в руки Игоря Строгова стакан коньяку. - На,
  выпей. И прекрати размазывать сопли.
   Строгов кивнул, вцепился в стакан. Руки у него дрожали, и по поверхности
  коньяка бежала маленькая рябь, отбрасывая на бледное лицо Игоря зайчики.
   - Пей, мудила, - сказал Брюнет.
   Строгов снова кивнул и поднес стакан к кубам. Он пил, давился коньяком, и
  смотреть на него было неприятно. Судорожно дергался кадык под небритым
  подбородком. Петрухин, Купцов и Брюнет смотрели на него молча.
   Строгов допил стакан до дна, вытер рот рукой. Этот жест никак не
  соответствовал имиджу заместителя директора солидной фирмы, бывшего морского
  офицера. Жест был мужицкий, кабацкий, НЕОПРЯТНЫЙ.
   Купцов налил в стакан минералки.
   - Спасибо, - сказа Строгов. - Спасибо большое.
   Он отпил воды, снова вытер рот и поставил стакан на стол.
   - Что теперь