ки шмотками, а, Витя?
   - На первый взгляд - да. Но на самом-то деле нет никакой разницы, чем
  торговать. В основе все равно лежат бабки.
   - Мудро, - сказал Петрухин. - Глыбко. Афористично. Ладно, давай-ка
  перейдем к делу.
   - Охотно, Борисыч... Для начала, видимо, нам следует обсудить условия
  нашего... э-э... сотрудничества.
   - Стоп! - поднял руку Петрухин. - Стоп, Витя. Ни о каком сотрудничестве
  нет и речи... пока, во всяком случае. У тебя, как я понял, сложилась не
  очень хорошая ситуевина с криминальной подкладкой. И тебе нужно, чтобы
  кто-то, кто рубит в деле, разобрался, что произошло... так?
   - Так. У меня, Борисыч, из-за этой ситуации такие заморочки...
   - Погоди, Брюнет. Погоди. О заморочках ты мне еще расскажешь. Сейчас я
  хочу, чтобы ты понял: за дело я возьмусь только в том случае, если оно
  действительно представляет интерес. Это - во-первых. А во-вторых, мне на хер
  не нужны никакие руководящие указания. Я должен обладать полной свободой. И
  если я вдруг открою, что эту мокруху организовал ты, например, то именно так
  я шепну в убойный отдел. Понял?
   - Понял, - кивнул Брюнет. - Ни хера ты, Борисыч, не меняешься.
   - Нет, Витя, я сильно изменился... Ну да ладно, это все лирика. Если тебя
  устраивают МОИ УСЛОВИЯ, то давай-ка перейдем к делу. Рассказывай, что у тебя
  приключилось.
  
  Глава третья
  Трубный глас
  
   Брюнет:
   Ты, Борисыч, мою биографию знаешь. До известных