питан задумался, потом сказал:
   - Трудно объяснить... Но я убежден, что прав. Хребет у него крепкий Я
  ведь всю жизнь с людьми работаю, научился понимать, кто есть кто. Знаете,
  как бывает? Приходит на корабль молодежь, и сразу видно, кого замордуют и
  шестеркой сделают, а кого нет. Так что глаз у меня наметанный, товарищи
  офицеры.
   - Хорошо, - кивнул Купцов. - А что дальше?
   - Дальше? Они вошли. Игорь Васильевич поздоровался, а тот - второй -
  нет... И они прошли к кабинету Тищенко. Я вообще-то обязан всех посетителей
  фиксировать в журнале, но поскольку этот убивец пришел с самим Строговым,
  то...
   - Понятно. Дальше.
   Черный снова закурил свою "Приму", и было видно, что он волнуется, что
  напряжен.
   - Дальше - выстрел! Выстрел - и я сразу понял, что произошло.
   - А как вы это поняли?
   - Не знаю. Не знаю как, но понял. Вот как-то мгновенно осознал, что это
  не хлопушка, не петарда, а именно выстрел и именно в человека. Я не знал,
  кто стрелял, из чего стрелял, но понял сразу, что произошло убийство.
   - А звуки? Ссорились они перед выстрелом? Ругались?
   - Трудно сказать определенно. Что-то такое было - громкий голос, шум... А
  потом - выстрел - и тишина. Потом - через минуту - другой. И - они выходят.
   - Кто шел впереди?
   - Игорь... Игорь Васильевич Строгов. Второй сзади, сбоку. Идет, и в руке
  у него помповое ружье, короткое, с полметра всего, без приклада.
   Черный говорил,