ей цепью в дрожащем кулаке. - Может, надо "Скорую" вызвать?
   На этот раз он промахнулся и попал в скулу, худой развернулся вполоборота
  и, хлестнув в падении цепью кого-то из своих, опрокинулся на спину.
  Спектакль закончился. Вольф рванулся вперед. Удар! Удар! Еще удар!
   Двое упали, один скорчился, зажимая разбитую сопатку, остальные, позабыв
  про цепи и палки, бросились бежать. Быстро, но не суетливо Вольф пошел в
  другую сторону, через проходной двор вынырнул в кривой, с разбитыми фонарями
  проулок и вернулся обратно, наблюдая из темноты за дальнейшим развитием
  событий. На месте происшествия уже распоряжалась директриса, и ее гулкий
  голос разносился по всей округе.
   - Раз это не наши - срочно вызовите милицию! Смотрите: палки, цепи... Кто
  их сюда привел?
   - Безобразие! - в унисон кипятился Псиныч. - Они тут друг друга убивать
  будут, а пятно ляжет на всю школу!
   Прочухавшийся Бычок с товарищами по несчастью не стали дожидаться милиции
  и, пошатываясь, вытирая кровь и матерясь, побрели в сторону набережной.
  Зеваки расходились. Вольф выделил в толпе фигуру Ромашова и по другой
  стороне двинулся следом.
   Назавтра школа гудела, как растревоженный улей. Подвиг Немца передавался
  из уст в уста, обрастая все новыми и новыми деталями и подробностями.
  Печальный вид Ромашова, который пришел только к третьему уроку весь в
  кровоподтеках и шишках, подтверждал достоверность