итериям Вольф подходит для службы в нашей
  бригаде, - подвел итог Чучканов. - А разговоры о его национальности выходят
  за пределы официальных требований и объективно вредят общему делу. В конце
  концов, можем выписать ему дубликат военного билета на нормальную фамилию.
  Другие мнения есть?
   Других мнений не было. И вот два месяца спустя, на "отлично" пройдя курс
  молодого бойца, рядовой Вольф дал подписку о неразглашении военной и
  государственной тайны. Но вопрос об оправдании доверия он расценил не как
  повышенное внимание к себе лично, а как входящую в обязанности майора
  Семенова необходимость проверять боевой дух и настроение каждого солдата.
   - Конечно, оправдаю, товарищ майор! - бодро отрапортовал Вольф. -
  Разрешите идти?
   - Иди, сынок, иди, - вроде бы добродушно улыбнулся особист.
   * * *
   После присяги обособленная жизнь закончилась - новоиспеченных разведчиков
  перевели в общие казармы. Пополнение резко выделялось из основной массы
  бойцов - бритыми головами, необмявшейся формой, внутренней зажатостью и
  несвободой.
   Их распределили по подразделениям. Вольф, Серегин и Иванников попали во
  второй взвод первой роты. В первый день получили оружие - короткие автоматы
  малого калибра с глушителями, пистолеты - тоже с глушителями, боевые ножи,
  невиданные противогазы, в которых можно пить и есть жидкую пищу.
   - Все оружие и снаряжение совершенно новое и секретное,