аются! Залазь, мы тебя домой отвезем!
   По дороге к рембазе Шмелев весело напевает. Девочка доела сладости и
  сидит молча, безразлично глядя перед собой. Пальцы с обгрызенными ногтями
  крепко вцепились в стальную скобу. По обе стороны узкой дороги расстилаются
  хлопковые поля.
   - А что, Леночка, мама все пьет? - участливо спрашивает сержант.
   - Пьет, - девочка кивает.
   - И все деньги пропивает?
   - Пропивает, - эхом повторяет она.
   - А отец с заработков не приехал?
   - Какие там заработки! Вранье это все. Он пьянь и никогда не зарабатывал.
  А теперь вообще убежал, нас с мамой бросил, - "взрослым" тоном говорит
  девочка и плотно сжимает губы.
   - Это ничего, - Шмелев гладит ее по нечесаной голове. - Мы командира
  попросим, станешь дочерью полка. Кормиться в нашей столовой будешь, платье
  тебе купим...
   Вольф не верил своим глазам. Он никогда не ожидал от глумливого сержанта
  такой заботливости.
   - Платье у меня есть. Мне больше туфли нужны. И портфель. Только это тоже
  вранье.
   - Ты что! - обиделся Шмелев. - Я же тебя накормил! Свои деньги потратил,
  не пожалел. А ты мне не веришь. Нехорошо. Пойдем вниз.
   - А масло есть? - отпустив скобу, девочка послушно поползла к проему
  люка. Вольф обратил внимание на ее черные потрескавшиеся пятки.
   - Чего нет, того нет.
   - Тогда опять не влезет.
   - Ничего, слюнями смажешь, как в тот раз...
   - Нет, так мне больно...
   Шмелев с