и конечностей.
  Привыкший держать удар Вольф чувствовал себя, как рыба в воде. К тому же у
  него была отменная интуиция: по взгляду противника предвидел его следующее
  движение и опережал - уклонялся, захватывал на излом бьющую руку или ногу, с
  трудом сдерживая азартный порыв довести прием до конца...
   Самое страшное испытание - прыжки. Бритый Гусь намертво вцепился
  побелевшими пальцами в кромку люка, но Пряхин, проявив неожиданную ловкость,
  привычным пинком выбросил его из самолета. Вольфу в первом прыжке удалось
  преодолеть страх, потом был пятый, десятый, затяжной, ночной, высотный, на
  воду, на лес...
   Во время одиночного марша на выживание ему повезло - попалась большая
  ящерица, а вот Серегину пришлось съесть огромную сороконожку - ударил тварь
  о ботинок и впился ртом в волосатое студенистое тело...
   "Маскировка", "Передвижение в тылу противника", "Подрывное дело",
  "Выживание в экстремальных условиях", "Топография и ориентирование" - эти
  важнейшие дисциплины Вольф сдал на "пять". По психологической подготовке не
  поднимался выше "четверки".
   - Ты меньше рассуждай, - посоветовал лейтенант Деревянко. - Дали вариант
  решения - исполняй! А ты задумываешься - как лучше! Чувак жалуется: мол,
  умным хочешь быть...
   - Да не хочу я быть умным!
   - Умными пусть командиры будут, они пусть думают! А у тебя раздумья в
  регламент не заложены! Может, лучшее решение и найдется, да