ли на
  Грибачева, ожидая его оценок. Но тот не отрывался от окуляров.
   - Они живы или разбились? - спросил секретарь ЦК, ни к кому конкретно не
  обращаясь. - В любом случае их надо немедленно отправить в госпиталь!
   Но тут пыль рассеялась, и он увидел, что чудом спасшиеся бойцы с
  автоматами наперевес бегут в атаку.
   - Поразительно! Вместо госпиталя они продолжают воевать! Нет, вы можете
  себе это представить?!
   Возбужденный Грибачев повернулся к Вахрушеву и стоящим за ним генералам,
  как бы призывая разделить его искреннее изумление и неподдельный восторг.
   - Это наши лучшие бойцы! - гордо сказал Раскатов. Кивки остальных
  генералов и финальный кивок маршала подтвердили, что это действительно так.
   - Как, вы сказали, фамилия солдата? - переспросил секретарь ЦК. - Волков?
   - Так точно, Сергей Михайлович! - отрапортовал Раскатов, будто хорошо
  знал бойца. Впрочем, фамилия и правда была ему почему-то знакомой.
   - Это настоящий герой! - восхищенно произнес секретарь ЦК. - Спас и себя
  и товарища! Да еще тут же пошел в бой! Надо его наградить. И на этом
  положительном примере воспитывать личный состав!
   - Конечно, Сергей Михайлович! - кивнул министр. - Мы выпустим плакаты об
  этом подвиге и разошлем во все десантные части.
   Маршал чуть повернул голову, и тут же к нему подскочил адъютант с
  блокнотом на изготовку.
   - Волкову - "Красную Звезду", второму - медаль.