неловкости, подполковник ушел.
   - А мне что теперь делать? - спросил у дежурного лейтенант с
  булочкоподобным лицом.
   - Увольняйся, пока не поздно, - не открывая глаз, посоветовал Волков.
   Лейтенант встрепенулся.
   - Почему? Вы будете жаловаться?
   - Нет. Просто ты этими шакалами не командуешь, а отвечать за них обязан.
  Рано или поздно они подведут тебя под статью.
   Больше тиходонец не разговаривал: сидел с закрытыми глазами, скрестив на
  татуированной груди могучие татуированные руки, и непонятно было - спит он
  или бодрствует.
   Через полчаса в дежурную часть стремительно зашли три человека - высокие,
  крупные, с решительными лицами и резкими движениями. Один был в тонком и
  даже на вид очень дорогом летнем костюме с галстуком, его спутники тоже в
  костюмах, но попроще. Почему-то автоматчик у входа ночных визитеров не
  остановил и даже не доложил об их приходе.
   - Ты точен, Серж! - капитан Волков поднялся навстречу человеку в дорогом
  костюме.
   - Как всегда, Волк!
   Они крепко обнялись.
   - Тут все в порядке? - Серж строго, как надзирающий прокурор, осмотрел
  дежурный наряд.
   - Так точно! - подчиняясь велению души, доложил майор. - Разобрались!
   - Ну ладно...
   Один из его спутников развернул белую рубашку с длинными рукавами. Волков
  быстро надел ее и наглухо застегнулся. Рубашка оказалась впору.
   - Поехали!
   Все четверо вышли на улицу, где у машин их ожидали