зрачки снайпера.
   - Чтобы менять свою сущность, класть на тропу разведчика себя всего, без
  остатка - душу, привычки, жизнь, надо кому-то верить. Долг, Родина, присяга,
  это, конечно, правильно, только слишком абстрактно, тебе ведь конкретный
  человек приказ отдает, командир, ты ему должен верить. А кому тут верить?
  Эх! - Майор безнадежно махнул рукой.
   - А правда, что вас вместо Чучканова назначили? - осмелел Вольф.
   - Брехня... Полдня просидел на новом шестке - и назад. Сказал комбриг в
  горячке, потом передумал... Дураков на умных не меняют. Да и тех от кресла
  оторвать, что лесного клеща из-под кожи вытащить. Даже еще труднее. - Шаров
  снова махнул рукой и встал. - Вот только одного боюсь - если взаправду
  заварушка начнется. Что эти неумехи делать будут? Батальоны в мясорубку
  бросать? Это они могут. И людей им не жалко...
   - А что за особое задание? - пользуясь откровенностью командира, спросил
  Вольф.
   - Выздоравливай, узнаешь. А тебя я поздравляю: ты теперь сержант,
  командир группы, вместо Шмелева. Приказ я подготовил за те полдня...
   На другой день Лисенок принес последние новости: исполняет обязанности
  комбрига полковник Чучканов. Генерал Раскатов улетел в Москву. С
  переводчицей.
   - С какой переводчицей? - вскинулся Вольф.
   - Ну с этой, англичанкой. Симпатичная такая, в короткой юбке бегает...
   - А что она будет переводить?!
   - Откуда я знаю! Что