ования в
  мордовской спецколонии усиленного режима. Если они будут вести себя
  правильно и во всем слушаться курирующего офицера, то удержатся по эту
  сторону опасной грани.
   Появились фирменно прикинутые Ирка Лягушка и Таня Целка, взгромоздились
  на табуреты и, привычно крутнувшись, навели на иноков неплотно сдвинутые
  колени, как орудия главного калибра. Цапля и Щека досадливо сморщились, но
  иноки увлеченно болтали между собой, не пытаясь рассмотреть, что открывают
  короткие юбки.
   А вот интересное: худощавый американец привел двух незнакомых русских
  парней, посадил за столик в углу, купил им виски и болтает, как с лучшими
  друзьями, улыбается во весь рот, и они лыбятся в ответ, гадюки... Щека
  немедленно переместилась за соседний столик и, превратившись в слух,
  принялась строить глазки американцу. Это выглядело очень правдоподобно.
   - Почему тебя сюда пропустили? - вдруг спросила Лаура. - Ведь здесь нет
  ни одного простого человека.
   - Простого? А что, все золотые? - попробовал отшутиться Волк. Его
  насторожил строгий взгляд зеленых глаз. Как будто девушка видела его
  насквозь.
   - Ни одного человека с улицы. Да и без того всей Москве известно, что это
  гостиница только для иностранцев!
   - От тебя ничего не скроешь. Я член комсомольского оперотряда, и здесь мы
  много раз проводили рейды против фарцовщиков и спекулянтов.
   - А-а-а...
   Взгляд Лауры