рассуждаешь, Генрих. В тебе вообще много странного.
  Например, очень странно, что ты попал жить в Тиходонск. А все наши - в
  глуши, в селах: кто на Кубани, кто на Волге...
   Отец терял терпение и постепенно заводился:
   - В тебе тоже много странного, Иоган! Ты прекрасно знаешь про фиктивный
  брак с Ольгой Коростылевой. Она местная, вернулась в Тиходонск, как дочь
  реабилитированных, это положено по закону. А меня прописали к ней
  автоматически... Потом мы развелись, и я зарегистрировался с Лизой...
   Дядя Иоган хитро смеялся и качал пальцем.
   - Очень просто у тебя получается, Генрих, очень просто! Вот если бы я
  захотел поселиться здесь, то мне и десять фиктивных браков не помогли бы!
  Никто бы меня не прописал, и такую комнату в самом центре никто бы не дал!
   Комната у них действительно была неплохая - высокая, светлая, площадью
  метров в двадцать. Служебная жилплощадь в старой, обреченной на снос части
  города. Ветхие двух-трехэтажные домишки с наружными железными лестницами и
  приспособленными удобствами, насквозь проржавевшими трубами, кранами и
  стояками, плохо сложенными печками, переделываемыми постепенно под газовые
  форсунки...
   Рядом чернела пустыми оконными проемами разбомбленная еще в войну
  пятиэтажка с треснувшим фасадом и провалившимися междуэтажными перекрытиями.
  По ночам здесь собиралась окрестная шпана: жгли свечку, играли в карты, пили
  водку,