ка Лаура не помогла,
  забросив одну ногу на спинку дивана, а второй обхватив его торс. Опасения
  оказались напрасны: там, внизу, у нее все было устроено так, как надо, и он
  сразу попал туда, куда стремился. Лаура ритмично подергивалась ему
  навстречу, диван отчаянно скрипел, и Волку вдруг пришла в голову мысль, что
  расшатали его именно такие упражнения.
   Лаура начала всхлипывать. У Волка вдруг сильно забурчало в животе, он
  напряг пресс, пытаясь взять под контроль бунтующие кишки. Но партнерша
  ничего не слышала: она уткнулась головой ему в грудь и тихо подвывала, будто
  плакала. Все было настолько не похоже на близость с Софьей, что казалось,
  будто сейчас он занимается совсем другим делом. Там была битва, яростная
  схватка, в которой измотанные стороны находили отдохновение и в которой не
  оказывалось победителей. Сейчас он владел маленькой беззащитной девочкой, он
  был всемогущим господином, а она - покорной рабыней. И осознание своего
  могущества дало толчок к развязке: Волк застонал, а его рабыня громко
  всхлипнула и забилась в конвульсиях.
   Некоторое время они лежали неподвижно, потом Волк повернулся и, не
  удержавшись, скатился на пол.
   - Надо было сразу тут устроиться...
   - Я люблю тебя, - прерывающимся голосом сказала Лаура.
   - Что?
   - Я те-бя-люб-лю! - по слогам произнесла она. - И ты должен сказать мне
  правду...
   - Какую правду?
   Волку было не до