верни и рисуй! Или тебе нужен
  повод, чтобы отказаться трудиться?
   Белоголовый пацан сидел в той же позе, крепко сжав губы и глядя прямо
  перед собой.
   - Ну хорошо, я сам сделаю...
   С примирительной улыбкой Псин Псиныч наклонился и перевернул лист, но и
  на другой стороне сидел точно такой паук. Учитель в несколько движений
  заштриховал свастику карандашом. Грифель раздраженно скрипел по меловой
  поверхности.
   - Вот и все, считай, что ничего здесь нет! Рисуй вазу рядом...
   - На этом листе я рисовать не буду, - тихо, но твердо проговорил мальчик.
   - Не будешь?! - примирение сорвалось, учитель разозлился не на шутку. -
  Тебе, паразиту, лишь бы от работы увильнуть! Может, ты сам поставил крест, а
  сейчас строишь обиженного! Смотри, как бы у тебя на лбу такой не вырос!
   Псин Псиныч протянул руку, чтобы ткнуть пальцем в упрямый лоб, но Вольф
  отдернул голову, слегка ударив по учительской ладони.
   - Ах так?! - задохнулся Псин. - Ты посмел драться?! Ну все, мое терпение
  лопнуло! На перемене пойдем к директору!
   Псин Псиныч трясся от ненависти. Схватить бы сейчас эту белобрысую гниду
  да ткнуть носом в парту, растереть по листу, чтоб действительно отпечаталась
  свастика на лбу! Так нет, в советской школе надо цацкаться с немецким
  ублюдком, расшатывать нервную систему! Что ему директор - он и там будет
  стоять, не опуская головы, пялить свои наглые голубые стекляшки! А вот если
  дать