на фасаде, сели в машину и выехали через
  приоткрывшиеся на миг железные ворота. Именно им - законспирированным
  сотрудникам службы НН, обычно поручались подобные операции.
   - Ищем Хмурого, - сказал Михаил Иванович. - У него позавчера были две
  ксивы: штатовская и британская.
   - Тогда катим к ГУМу. Если не застанем - попробуем в "Погребке".
   Наблюдатели работают круглосуточно: то растворяются в толпе, то
  неузнанными трутся в магазинной толчее, то ныряют в подъезды и подворотни,
  то прячутся в ночной тьме, то заглядывают в подвалы и па чердаки. Вся Москва
  проходит перед их глазами и микрофонами, кроме "объектов", в поле зрения
  попадает и множество других темных личностей, делающих на улицах свой
  бизнес: гомосексуалисты, проститутки, фарцовщики, ломщики валюты,
  карманники. Все это - лица, представляющие оперативный интерес. Наблюдатели
  знают их в лицо и по кличкам, знают их связи и места сбора, знают, где они
  "работают" и где отдыхают.
   Оставив машину за углом, наблюдатели подошли к главному универмагу
  столицы. Волк шел впереди, Михаил Иванович страховал его, отставая на
  двадцать метров. У входа, нервно озираясь, переговаривались двое молодых
  парней. Из парикмахерской напротив, зябко запахивая белый халатик, выскочила
  симпатичная вульгарноватая блондинка и всполошенно пробежала в магазин.
  Колготки на правой икре были сильно разорваны.