и многие товарищи меня
  поддержат...
   - Вот как? А меня вы с "товарищами" уже не принимаете в расчет?
   Историк по образованию, директриса была крутой руководительницей и любила
  повторять знаменитую, несколько переиначенную фразу: "Школа - это я".
   - Но сколько можно терпеть? Почему из-за какого-то Вольфа...
   - Минуточку! - директор хлопнула ладонью по столу. - Пролетарский
  интернационализм еще никто не отменял! Я член райкома партии и депутат
  райсовета, поэтому в таких делах разбираюсь лучше вас и ваших "товарищей"! И
  фракционной деятельности за своей спиной не потерплю!
   - Речь идет об укреплении дисциплины, - тоном ниже забормотал Псиныч.
   - Кстати, о дисциплине...
   Елизавета Григорьевна сняла очки в стальной оправе и задумчиво принялась
  грызть заушник.
   - У нас всего четыре учителя-мужчины, но, когда болеют военрук или
  трудовик, вы не соглашаетесь вести за них уроки. А часы физкультуры сами
  выпрашиваете у завуча! Причем мальчиков отправляете гонять мяч, а с
  девочками занимаетесь вплотную: подсаживаете на турник, поддерживаете на
  брусьях...
   - Это клевета! - густо покраснел Псин Псиныч. - Я знаю, кто
  распространяет такие слухи...
   - Что клевета? Что вы больше любите физкультуру, чем труд или военную
  подготовку?
   - Я вообще не понимаю, какое это имеет отношение к поведению ученика...
   - Ладно, можете идти. С ним я сама разберусь.