на
  поддержку идеи немецкой автономии. Но Фогелю он не дал ни копейки! По нашим
  данным, все деньги уходили на рестораны, женщин, антиквариат. У него большая
  коллекция, и он любил жить на широкую ногу...
   - Вот как! - Вострецов даже привстал на стуле. - Есть конкретные факты,
  чтобы его прижать?
   Петрунов покачал головой.
   - Серьезных доказательств нет. Только несколько агентурных сообщений. Он
  не доставлял нам больших проблем и собирался возвращаться в Штаты, поэтому
  плотно его не документировали.
   Генерал нахмурился:
   - Очень плохо! Документировать надо всегда! Через много лет может
  появиться интерес к самому заурядному объекту! Но если фактов нет, в чем же
  состоит ваше предложение?
   - Фогель отбывает пятнадцатилетний срок в Потьме. Надо подвести к нему
  нашего человека и выяснить конкретные факты. Кто еще поддерживал отношения с
  Сокольски, кто может подтвердить, что тот никогда не передавал никому
  никаких денег, кто знает, как он транжирил средства... А потом взяться за
  этих людей и получить от них официальные показания. После чего послать копии
  нашему другу, и он заткнется навсегда!
   - Зачем так сложно? Проще допросить самого Фогеля.
   - Бесполезно. Это фанатик. Он не сказал ни слова ни на следствии, ни в
  суде.
   - Гм... Кого же вы подведете к такому фанатику?
   - Есть подходящий человек. Он тоже немец и работает у нас, в НН.
   - А-а-а... Знаю, знаю... Тот, что с