ствовать. Но слухи о нем составят
  фундамент твоей легенды. Вот держи!
   Ламов достал из потертого портфеля толстую папку, машинально взвесил ее
  на ладони и протянул инструктируемому.
   - Все это надо выучить. Но одновременно мы с тобой прокрутим все
  возможные и невозможные варианты. Потому что осечки у тебя быть не должно.
  Ты хоть парень здоровый и боец отличный, но там одного этого мало.
  Проколешься - и задавят тебя спящим... Понял?
   Старый оперативник впился в глаза Волка пронзительным ледяным взглядом.
   - Чего ж не понять, - вздохнул прапорщик. В добрых жизнеутверждающих
  кинофильмах после этих слов полковник должен был добавить: "Впрочем, вы
  можете отказаться от задания". И он отказался бы с большим удовольствием. Но
  Ламов ничего такого, естественно, не предложил. Да и включить заднюю
  передачу с исколотой спиной уже невозможно. Обратного пути не было.
   * * *
   Капитан Лазаренко закончил смену, сдал технику, написал отчет и собирался
  уходить домой, когда его попросили зайти в финчасть. Дело было обычным:
  почти всегда или сотрудник должен что-то государству, или государство
  сотруднику. Возможно, он недоплатил за разбитый в прошлом месяце бинокль, а
  возможно, ему наконец выписали компенсацию за неиспользуемую форменную
  одежду. Необычным было то, что финчасть работает до восемнадцати часов, а
  уже двадцать один с минутами. Но на это капитан не