ие. - Рад был с тобой
  познакомиться. Думаю, мы подружимся.
   Вконец очарованный Вольф уже переступал через порог, когда новый знакомый
  придержал его за локоть. Он вновь стал строг и серьезен.
   - Будь взрослым, Владимир, следи за своими словами. И выбрось из головы
  глупости насчет кличек. Запомни, клички бывают только у собак и врагов!
   Мальчик замер. Сердце в груди тревожно забилось.
   - Откуда вы знаете?
   - Сорока на хвосте принесла. А вообще-то, я все про тебя знаю. Ну
  ладно... Забыли. Мы же друзья!
   И он улыбнулся своей замечательной улыбкой.
   * * *
   Еще через день в больницу прибыла целая делегация из школы: одноклассники
  в парадной форме "белый верх, черный низ" и отутюженных пионерских
  галстуках, официально-торжественная Елизавета Григорьевна с черной
  "бабочкой" на белоснежной блузке и свежей, волосок к волоску, прической и
  Константин Константинович, непривычно выглядящий в костюме и вычищенных
  туфлях. Замыкал шествие школьный фотограф дядя Сеня в своем обычном
  затрапезном виде. Смущенный Володя съежился и по горло натянул одеяло.
   - Как ты? Молодцом? - Елизавета Григорьевна дружески потрепала его по
  голове. - Держись. Пионер - всем ребятам пример!
   Константин Константинович с улыбкой выложил на тумбочку кулек яблок и
  несколько бутылочек яблочного сока. Председатель совета отряда Симонова,
  розовея лицом, сунула в перебинтованные руки