заточенный супинатор или кусочек стекла, не говоря уже о полноценной
  финке... Но ничего такого у них не было, и Драный пустил в ход
  естественное оружие - зубы и ногти.
   Он кусал врага, царапал его, норовил добраться до глаз и в конце
  концов подмял Верку под себя и принялся бить головой о пол. Через
  несколько минут схватка завершилась: окровавленный пидор остался
  неподвижно лежать на бетоне, а Драный с трудом поднялся на ноги и,
  шатаясь, подошел к крану.
   Пока он смывал кровь и пот с разгоряченного тела, к Меченому подсел
  Зубач.
   Они пошушукались между собой, потом подозвали измученного дракой
  новичка.
   - Хоть и не по своей вине, но зашкварился ты капитально, - мрачно
  объявил Меченый. - По всем нашим законам тебя надо либо в гребни
  определять, либо, по крайности, в чушкари...
   Разбитое лицо Драного вначале посерело, потом на нем мелькнула тень
  надежды. В отличие от гребня чушкарь может восстановить свое доброе имя.
   - Но махался ты смело и навешал ему от души, сразу видно, что
  духарик! Поэтому...
   Наступила звонкая тишина, стало слышно, как журчит в толчке струйка
  воды.
   Драный вытянул шею и напряженно впился взглядом в изуродованную харю
  Меченого.
   Наверняка она будет сниться ему до конца жизни. Меченый выдержал
  паузу, неспешно огляделся по сторонам.
   - Поэтому мы тебя прощаем. Живи мужиком!
   В камере вновь повис