ая и эффективная расправа с торпедами оказалась хорошим уроком
  для остальных. Напрягшийся было Катала расслабился, Савка и Шкет резко
  затормозились и отступили. Расписной поискал взглядом Хорька, но того
  видно не было. Только из дальнего Угла доносилось надоедливое:
  вжик-вжик-вжик! Бельмондо готовился выполнить поручение смотрящего, а
  переключаться он явно не умел.
   - Ну что, Калик? - спросил Морда, победно осматриваясь по сторонам. -
  Давай разберемся по нашим законам, как ты за хатой смотрел...
   - Давай разберемся! - спокойно кивнул тот, достал пачку "Беломора",
  закурил, несколько папирос отдал стоящим рядом арестантам, те тоже
  радостно задымили.
   - Говори, Морда, я тебя слушаю. И честные бродяги ждут!
   Калик невозмутимо выпустил струю сизого дыма в лицо обвинителю. От
  вспышки волнения не осталось и следа. Казалось, что минуту назад на его
  месте был другой человек.
   - Что ты мне предъявить хочешь?
   Эта непоколебимая уверенность начисто перечеркнула тот минутный
  успех, который Морда уже посчитал своей победой. Но он не собирался
  давать задний ход.
   - В путевой хате нулевого смотрящий встречает, разбирается, место
  определяет. А чтобы пидор над честным мужиком изгалялся - такого
  отродясь не бывает! Меченый тоже мужика гнул, в обязаловку поставил!
  Говорит, ты ему разрешил...
   - Савка, штырь! - не глядя бросил Калик. И повернулся к арестантам: