нашим
  законам..."
   Микула медленно свернул записку, подумал.
   - Ну, Груша, чего делать будем? - спросил он, обернувшись к одному из
  своих подручных. Чувствовалось, что смотрящий не особенно разбирается в
  таких делах.
   - Ну, эта... Давай малевку по хатам прогоним... Как решат...
   - Скелет?
   - Давай... Спросим...
   - Чего вы фуфло гоните! - возмутился Зубач. - Кого еще спрашивать?
  Нам самим надо разборняк чинить. Расписной, тащи его сюда!
   Зубач явно перехватывал инициативу, и ясно было как божий день, что
  он хочет схавать Микулу и стать на его место.
   Вольф подошел к шконке спящего новичка и уже хотел нагнуться, чтобы
  похлопать по одутловатой харе.
   - Притворяется, гнида, - предупредил кот. - Поберегись, у него мойка
  в клешне.
   Этого Расписной не ожидал. После тщательного шмона на приеме ему
  казалось, что ничего запретного пронести с собой в камеру невозможно. Но
  веки здоровяка действительно напряжены и чуть подрагивают, у спящих они
  расслаблены. И руки сжаты в пудовые кулаки...
   Не приближаясь вплотную, Вольф уперся ногой в бок лежащему и резким
  толчком с усилием сбросил стокилограммовую тушу на бетонный пол.
  Раздался глухой удар, вскрик и тут же рев бешенства.
   - Паскуда, на Резаного тянешь! Распишу, как обезьяну!
   С неожиданной ловкостью новичок вскочил и бросился на Расписного,
  целя зажатой между пальцами бритвой ему в лицо. Автоматическим движением
  тот