о серьезное! Что скажешь,
  Расписной?
   И снова в камере наступила звенящая тишина. От ответа Вольфа зависела
  его судьба. А что отвечать? Потапыч действительно начал с наиболее
  трудной фигуры и забыл про последовательность нанесения иерархических
  знаков. Теперь совершенно очевидно, что Потапыч допустил серьезную
  ошибку, или, если придерживаться блатного жаргона, "упорол косяк".
  Отвечать за этот косяк предстояло Вольфу.
   - Пургу ваш Коляша метет! - возмущенно выкрикнул он. - Звезды мне еще
  по второй ходке набили! А храм по третьей! Кто там кого перекрывает?! У
  него уже зенки не видят ни хера! Пусть все честные бродяги сами позырят!
   Лучшая защита - это нападение. "Если что - при буром! - говорил
  Потапыч. - Там это проходит..." К тому же определить на глаз, какая из
  татуировочных линий нанесена первой, а какая второй - дело малореальное.
  Тут и экспертиза вряд ли поможет: в отличие от бумаги или картона
  человеческая кожа постоянно шелушится и обновляется...
   - Нет, ты сам глянь, Пинтос! Да кто хочет подходите! Пинтос нехотя
  наклонился, поводил рукой по татуированной коже, крякнул.
   - Тут и впрямь не разберешь, - недовольно пробурчал он. - Только я
  кольщиком тридцать лет не был, а Коляша был. Потому общество ему и
  верит.
   - А чему тут верить? - продолжал переть буром Вольф. - Что, меня
  менты раскрасили и наседкой в хату запустили? А чего высиживать-то