делают, значит, мне ответ держать. Ты-то чего волну
  гонишь?
   Калик появился внезапно, будто ненадолго выходил погулять и вернулся,
  проверяя - сохранился ли порядок за время его отсутствия. Похоже,
  результаты проверки ему не понравились. Обойдя Морду и Расписного, он
  смерил их оценивающим взглядом и нахмурился. Губы у смотрящего совсем
  исчезли. Только узкая щель рассекала каменное лицо между массивной
  челюстью и мясистым, в красных прожилках, носом. Колюче поблескивали
  маленькие злые глаза, даже огромные, похожие на плохо слепленные
  вареники уши топорщились грозно и непримиримо.
   Но на Морду угрожающий вид смотрящего впечатления не произвел.
   - За беспредел в хате со всей блатпятерки спросят! А могут и целую
  хату сминусовать! .
   - И к чему ты базар ведешь? - надменно спросил Калик.
   - К разбору по закону! Вот сейчас соберем всех и разберемся по
  справедливости!
   По камере прошло шевеление. Острый разговор и слово "справедливость"
  слышали все, кто хотел услышать. И сейчас десятки арестантов принялись
  спускаться со шконок, выходить из завешенных углов, подниматься с лавок.
  Через несколько минут масса горячей, потной, татуированной плоти
  сомкнется вокруг, и предсказать исход разбора заранее будет нелегко.
   - А кто ты такой, чтобы толковище устраивать?! - загнанным в угол
  волком взревел Калик и ощерился. Казалось, что из углов большого рта
  сейчас