в Семенович громко зевнул и почесал живот. - Только
  скорей всего - начальником торга. Мне это привычней.
   - А если не туда все повернется, вдруг в другую сторону покатит? -
  недобро прищурился Микула. - Тогда приставят к стене да лоб зеленкой
  намажут...
   - Типун тебе на язык! - замахал руками толстяк. Пристяжь рассмеялась.
   - Оп-ля, снова карта моя! - раздался радостный выкрик: Резаный опять
  выиграл. Это был здоровенный детина с наглой рожей, он заехал в хату
  только вчера, но сразу же стал затевать игры и уже в пух и прах обыграл
  троих. Все трое были предельно обозлены и между собой шептались, что
  новичок шулерничает.
   Но сделать предъяву в открытую никто не отважился.
   - Как катаешь, гад?! - Хорек замахнулся, но Резаный оказался быстрее
  и сильным ударом сбил его с лавки.
   - Все чисто. Давай, расплачивайся!
   - Хрен тебе! Думаешь, я не видел, как ты передернул?
   Хорек оскалился, вытирая разбитые губы, сквозь серые зубы протиснулся
  нечистый язык, глаза лихорадочно блестели.
   - Меня за лоха держишь? Только я с тобой не по-лоховски расплачусь!
  Брюхо вспорю и кишки на шею намотаю!
   - Глохни, гниль, башку сверну!
   Хорек бросился вперед и вцепился противнику в горло, свалив его на
  пол.
   Они покатились между шконок.
   - Растяните их! - крикнул Микула и вздохнул. - На кой мне эти рамсы?
   Только зарулил к людям, а уже все перебаламутил. И вообще
  скользкий...