Челюсть, и выходило у него довольно
  искренне. - Ладно, на зоне разберемся. Я против беспредела. Пусть все
  будет путем, по закону. За базар отвечать надо.
   - Точняк, - поддержал цыгана Вольф. - Кто на честного бродягу чернуху
  гонит, тому язык отрезают!
   - И отрежем! - пообещал Челюсть. - Сука буду - соберу сходняк, пусть
  люди решают! Честного блатного парафинить, это тебе не Драного облажать!
   Зубач поднялся на колени, на ощупь стянул с ближайшей шконки серую
  простыню и, скомкав, прижал к залитому кровью лицу.
   - Разберемся, брателла, разберемся! - глухо раздался из-под ткани его
  голос. - Я знаю, куда маляву загнать!
   - Вяжи гнилой базар! - оборвал его Микула. - Сам напоролся, сам и
  виноват.
   Смотрящего поддержал Катала:
   - Он в цвет базарит, Зубач. Я бы за тебя мазу тянул, но не могу.
  Сейчас ты не прав. Такие слова за рваный руль бросать нельзя. Мы же не
  бакланы у бановского шалмана . Мы
  правильные босяки в своем дому. Здесь все по справедливости быть должно.
   - Еще увидите, что это за рыба! - Зубач встал и пошатываясь
  направился к умывальнику.
   Напряжение спало, камера возвращалась к обыденной жизни.
   - А что, Володя, не перекусить ли нам? - как ни в чем не бывало
  спросил Яков Семенович.
  
  ***
  
   После ужина, когда хата с унылой обреченностью готовилась ко сну,
  неожиданно хлопнула "кормушка", и в открывшемся небольшом прямоугольнике
  появилась круглая