о не так. Волк знал, что, если они попадут
  в засаду, у идущих в середине больше шансов уцелеть. Когда на маршруте
  работает группа специальной разведки, походный порядок постоянно
  меняется, и тот, кто еще недавно шел в середине, выдвигается вперед,
  потом уходит назад, потом снова оказывается в середине. Риск, таким
  образом, распределяется поровну. Сейчас делить риск ни с кем он не
  собирался.
   Отношения среди беглецов были напряженные. Груша нет-нет, да бросал
  на Вольфа украдкой злые взгляды, а Челюсть и Зубач не скрывали взаимной
  ненависти.
   - Разбегаться надо, - украдкой шепнул Челюсть Волку.
   Но Зубач был против этого.
   - Доберемся до железки и разбежимся, - говорил он. - Тогда уже точно
  никто никого не сдаст!
   Почему он так считал, Волк сказать не мог, но подозревал, что старшак
  решил избавиться от лишних свидетелей. Выйдя к станции, он вполне мог
  перестрелять тех, кого посчитает нужным.
   Но судьба распорядилась иначе. Беглые зэки наткнулись на беглого
  солдата.
   Рядовой Иванов уже начал приходить в себя, и весь ужас содеянного
  пробрал его до самых костей. Когда ослабляется действие анестезии, тогда
  появляется мучительная боль от удаленного уже зуба. У него не было
  будущего, оставалось только достойно встретить свой трагический конец.
  Вспомнились многочисленные байки о судьбе ушедших с оружием и проливших
  кровь дезертиров: якобы по их следам пускают