стоящую на земле сумку и
  дернул Мотрю за локоть. - Не спорь с милицией! Слышал, что тебе сказали?
  Быстро идем... - И, удалившись на некоторое расстояние, добавил: - Чего
  выступаешь? Чтоб повязали? Забыл, что мы не пустые? - Потом он подмигнул
  Филькову. - Сейчас выпьем, у нас есть бутылка. Одно дело надо обмыть...
   Они завернули за угол и вышли на плохо освещенную Индустриальную.
   - Вон на том лотке, да, Мотря? - снова развеселился Кент, но его приятель
  озабоченно приспустил штаны и, изогнувшись, рассматривал белую,
  перечеркнутую красным рубцом задницу.
   - Вот сука! Ты посмотри, что он сделал!
   - Садись на плечи, - неожиданно сказал Кент Володе и нагнулся. - Стакан
  достанешь...
   Стакан был припрятан наверху высоченной, наглухо забитой двери, пропахшей
  пылью и шершавящейся облупившейся краской. Если верить матери, то на нем
  должны были кишеть мириады опаснейших микробов. Но Кента это не заботило. Он
  быстро откупорил бутылку "Агдама" и нетерпеливо плеснул первую порцию.
   - На, пей! - Кент протянул стакан Володе.
   Он попятился.
   - Не-е-а... Я не пью.
   - Точно не пьет? - спросил Кент у Филькова, протягивая стакан ему.
   - Точно. Молодой еще. Давай ты, мне потом чуть-чуть нальешь...
   - Гля-я-д-и-и, какие гордые! Ну, нам и лучше - больше достанется...
   Кент и все еще мрачный Мотря мгновенно опустошили бутылку, Фильков
  приложился для компании.
   - Это кто? -